среда, 16 октября 2013 г.

Мой дед, как я его представляю.

    Так уж получилось в моей жизни, что мы с братом росли без бабушек и дедушек. При чем не просто - "они жили далеко" - а потому, что их уже не было на свете. Мне, правда , еще немного повезло, я хоть до 3-лет общалась с бабушкой по отцу, но мало что помню. А вот брату даже такого счастья не довелось испытать. Счастья, потому что это важно - общаться с дедушками и бабушками. Это я сейчас понимаю, но увы..
   Но я хотела написать о моем деде - Мартыненко Михаиле Васильевиче.
  С детства я слышала историю о том, что его забрали в НКВД и больше его никто не видел. Бабушка осталась с 4-мя детьми, младшей из которых, моей маме Валентине, был всего 1 год. Больше бабушка замуж не вышла,  а мама всегда сожалела о том, что никого в жизни не назвала "папой". Еще мама рассказывала о том, что дед был из зажиточной семьи, а бабушка батрачила на них; об истории отношений деда и молодой батрачки, и о  хозяине, который выгнал сына из дома, так как тот посмел жениться вопреки его воли. В голове у меня сложился образ деда - маленького, тихого, доброго и глубоко несчастного человека.

 "Маленького", т.е. невысокого ростом, т.к. помню слова;
- Когда мы куда-нибудь ходили вместе, то Михаил Васильевич всегда говорил: "Паша, ты иди впереди, а я за тобой сзади, а то мы неловко смотримся."
  Мне всегда было смешно, потому что мама приговаривала, "как Пат с Паташонком". Кто они такие, эти Пат и Паташонок я не знала, но нравилось выражение.
 ( Кстати, только сейчас сообразила поискать ответ во всемирной паутине:
И вот, вуаля -
Это известная датская пара комиков: Харальд Мадсен (Паташон) и Карл Шенстрем (Пат). Пат - высокий, худой меланхолик. Паташон - низенький толстяк, шустрый, подвижный, простоватый, но себе на уме.)
  Правда дед не представлялся мне толстячком, т.к. опять же из рассказов мамы представляла тяжелую, голодную жизнь, когда лакомством были драники из картофельных очисток, а богатством - поповская ряса из бархата, из которой были сшиты платья. Правда, это уже было позже, когда семья осталась без кормильца.
 "Тихого и несчастного", потому что не смог ничего сделать когда его выселили из Омской области, и когда забирали. Мне казалось. что он мог бы побороться, отстоять свое честное имя! Это теперь я понимаю, что время было такое. Да еще помнится рассказ мамы, что "перед своей смертью одна из соседок повинилась в оговоре деда. И просила прощения у бабушки:
- Паша, это ведь из-за меня твоего Васильича забрали, я на него донос написала. Прости, Христа ради, если сможешь. Всю жизнь я этот крест ношу!" Конечно, может это и легенда семейная. но теперь уже не узнать.
  А доброго, потому у мамы всегда на глазах были слезы. когда она рассказывала. Ну не могла же она горевать о злом человеке!
  А вот прадед всегда в моих мыслях был монстром.
   И вот теперь, когда на моих руках копии дела семьи Мартыненко и уголовного дела на деда, а в них ответы на вопросы, которые я задавала себе - откуда он родом, какой был, что сделал, за что приговорен к ВМН, я нахожусь на перепутье.
  С одной стороны, я очень рада . что хоть что-то прояснилось, а с другой дед не выглядит "белым и пушистым", таким как я его себе нарисовала. И опять же, это только часть его жизни, самый конец, и я все больше уверяюсь в том. что нужно искать ответы  в Омском архиве, там где началась его жизнь, а может даже и раньше, ведь в деле есть место рождения - с.Мосточино, бывш.Орловской губ.,  а ныне Брянской обл.
  В следующих постах я выложу материалы уголовного дела, а пока фото деда, единственное, что от него осталось.

   

Комментариев нет:

Отправить комментарий